1
Когда же настало утро, все первосвященники и старейшины народа имели совещание об Иисусе, чтобы предать Его смерти;
3
Тогда Иуда, предавший Его, увидев, что Он осужден, и, раскаявшись, возвратил тридцать сребренников первосвященникам и старейшинам,
4
говоря: согрешил я, предав кровь невинную. Они же сказали ему: что нам до того? смотри сам.
6
Первосвященники, взяв сребренники, сказали: непозволительно положить их в сокровищницу церковную, потому что это цена крови.
7
Сделав же совещание, купили на них землю горшечника, для погребения странников;
9
Тогда сбылось реченное через пророка Иеремию, который говорит: и взяли тридцать сребренников, цену Оцененного, Которого оценили сыны Израиля,
11
Иисус же стал пред правителем. И спросил Его правитель: Ты Царь Иудейский? Иисус сказал ему: ты говоришь.
15
На праздник же Пасхи правитель имел обычай отпускать народу одного узника, которого хотели.
17
итак, когда собрались они, сказал им Пилат: кого хотите, чтобы я отпустил вам: Варавву, или Иисуса, называемого Христом?
19
Между тем, как сидел он на судейском месте, жена его послала ему сказать: не делай ничего Праведнику Тому, потому что я ныне во сне много пострадала за Него.
20
Но первосвященники и старейшины возбудили народ просить Варавву, а Иисуса погубить.
21
Тогда правитель спросил их: кого из двух хотите, чтобы я отпустил вам? Они сказали: Варавву.
22
Пилат говорит им: что же я сделаю Иисусу, называемому Христом? Говорят ему все: да будет распят.
23
Правитель сказал: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее кричали: да будет распят.
24
Пилат, видя, что ничто не помогает, но смятение увеличивается, взял воды и умыл руки перед народом, и сказал: невиновен я в крови Праведника Сего; смотрите вы.
29
и, сплетши венец из терна, возложили Ему на голову и дали Ему в правую руку трость; и, становясь пред Ним на колени, насмехались над Ним, говоря: радуйся, Царь Иудейский!
31
И когда насмеялись над Ним, сняли с Него багряницу, и одели Его в одежды Его, и повели Его на распятие.
32
Выходя, они встретили одного Киринеянина, по имени Симона; сего заставили нести крест Его.
37
и поставили над головою Его надпись, означающую вину Его: Сей есть Иисус, Царь Иудейский.
38
Тогда распяты с Ним два разбойника: один по правую сторону, а другой по левую.
40
и говоря: Разрушающий храм и в три дня Созидающий! спаси Себя Самого; если Ты Сын Божий, сойди с креста.
41
Подобно и первосвященники с книжниками и старейшинами и фарисеями, насмехаясь, говорили:
42
других спасал, а Себя Самого не может спасти; если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста, и уверуем в Него;
43
уповал на Бога; пусть теперь избавит Его, если Он угоден Ему. Ибо Он сказал: Я Божий Сын.
46
а около девятого часа возопил Иисус громким голосом: Или, Или! лама савахфани? то есть: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?
48
И тотчас побежал один из них, взял губку, наполнил уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить;
51
И вот, завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу; и земля потряслась; и камни расселись;
53
и, выйдя из гробов по воскресении Его, вошли во святый град и явились многим.
54
Сотник же и те, которые с ним стерегли Иисуса, видя землетрясение и все бывшее, устрашились весьма и говорили: воистину Он был Сын Божий.
55
Там были также и смотрели издали многие женщины, которые следовали за Иисусом из Галилеи, служа Ему;
56
между ними были Мария Магдалина и Мария, мать Иакова и Иосии, и мать сыновей Зеведеевых.
57
Когда же настал вечер, пришел богатый человек из Аримафеи, именем Иосиф, который также учился у Иисуса;
58
он, придя к Пилату, просил тела Иисусова. Тогда Пилат приказал отдать тело;
60
и положил его в новом своем гробе, который высек он в скале; и, привалив большой камень к двери гроба, удалился.
62
На другой день, который следует за пятницею, собрались первосвященники и фарисеи к Пилату
63
и говорили: господин! Мы вспомнили, что обманщик тот, еще будучи в живых, сказал: после трех дней воскресну;
64
итак прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, придя ночью, не украли Его и не сказали народу: воскрес из мертвых; и будет последний обман хуже первого.
Толкование блаженного Феофилакта Болгарского
Глава27